Александр Сергеевич Грибоедов 4 страница

Увидишь человек нас сорок,

Фу! сколько, братец, там ума!

Всю ночь толкуют, не наскучат,

Во-первых, напоят шампанским на убой,

А во-вторых, таким вещам научат,

Каких, конечно, нам не выдумать с тобой.

Избавь. Учёностью меня не обморочишь,

Скликай других, а если хочешь,

Я князь-Григорию и вам

Фельдфебеля в Волтеры дам,

Он в три шеренги вас построит,

А пикните, так мигом успокоит.

Всё служба на уме! mon cher, гляди сюда:

И я в чины бы лез, да неудачи встретил,

Как, может быть, никто и никогда;

По статской я служил, тогда

Барон фон-Клоц в министры метил,

А я

К нему в зятья.

Шёл напрямик без дальней думы,

С его женой и с ним пускался в реверси,[36]

Ему и ей какие суммы

Спустил, что боже упаси!

Он на Фонтанке жил, я возле дом построил,

С колоннами! огромный! сколько стоил!

Женился наконец на дочери его,

Приданого взял — шиш, по службе — ничего.

Тесть немец, а что проку? —

Боялся, видишь, он упрёку

За слабость будто бы к родне!

Боялся, прах его возьми, да легче ль мне?

Секретари его все хамы, все продажны,

Людишки, пишущая тварь,

Все вышли в знать, все нынче важны,

Гляди-ка в адрес-календарь.

Тьфу! служба и чины, кресты — души мытарства;

Лахмотьев Алексей чудесно говорит,

Что радикальные потребны тут лекарства,

Желудок дольше не варит.

(Останавливается, увидя, что Загорецкий заступил место Скалозуба, который покудова уехал.)

Явление 6

Репетилов, Загорецкий.

Извольте продолжать, вам искренно признаюсь,

Такой же я, как вы, ужасный либерал!

И от того, что прям и смело объясняюсь,

Куда как много потерял!..

(с досадой)

Все врознь, не говоря ни слова;

Чуть и́з виду один, гляди уж нет другова.

Был Чацкий, вдруг исчез, потом и Скалозуб.

Как думаете вы об Чацком?

Он не глуп,

Сейчас столкнулись мы, тут всякие турусы,

И дельный разговор зашёл про водевиль.

Да! водевиль есть вещь, а прочее всё гиль.

Мы с ним… у нас… одни и те же вкусы.

А вы заметили, что он

В уме сурьезно повреждён?

Какая чепуха!

Об нём все этой веры.

Враньё.

Спросите всех.

Химеры.[37]

А кстати, вот князь Пётр Ильич,

Княгиня и с княжнами.

Дичь.

Явление 7

Репетилов, Загорецкий, Князь и Княгиня с шестью дочерями; немного погодя Хлёстова спускается с парадной лестницы, Молчалин ведёт её под руку. Лакеи в суетах.

Княжны́, пожалуйте, скажите ваше мненье,

Безумный Чацкий или нет?

Какое ж в этом есть сомненье?

Про это знает целый свет.

Дрянские, Хворовы, Варлянские, Скачковы.



Ах! вести старые, кому они новы?

Кто сомневается?

Да вот не верит…

(Репетилову)

Вы!

Мсьё Репетилов! Вы! Мсьё Репетилов! что́ вы!

Да как вы! Можно ль против всех!

Да почему вы? стыд и смех.

(затыкает себе уши)

Простите, я не знал, что это слишком гласно.

Ещё не гласно бы, с ним говорить опасно,

Давно бы запереть пора.

Послушать, так его мизинец

Умнее всех, и даже князь-Петра!

Я думаю, он просто якобинец,

Ваш Чацкий!!!.. Едемте. Князь, ты везти бы мог

Катишь или Зизи, мы сядем в шестиместной.

(с лестницы)

Княгиня, карточный должок.

За мною, матушка.

(друг другу)

Прощайте.

(Княжеская фамилия уезжает и Загорецкий тоже.)

Явление 8

Репетилов, Хлёстова, Молчалин.

Царь небесный!

Амфиса Ниловна! Ах! Чацкий! бедный! вот!

Что наш высокий ум! и тысяча забот!

Скажите, из чего на свете мы хлопочем!

Так бог ему судил; а впрочем

Полечат, вылечат, авось;

А ты, мой батюшка, неисцелим, хоть брось.

Изволил вовремя явиться! —

Молчалин, вон чуланчик твой,

Не нужны проводы; поди, господь с тобой.

(Молчалин уходит к себе в комнату.)

Прощайте, батюшка; пора перебеситься.

(Уезжает.)

Явление 9

Репетилов с своим лакеем.

Куда теперь направить путь?

А дело уж идёт к рассвету.

Поди, сажай меня в карету,

Вези куда-нибудь.

(Уезжает.)

Явление 10

Последняя лампа гаснет.

(выходит из швейцарской)

Что это? слышал ли моими я ушами!

Не смех, а явно злость. Какими чудесами?

Через какое колдовство

Нелепость обо мне все в голос повторяют!

И для иных как словно торжество,

Другие будто сострадают…

О! если б кто в людей проник:

Что хуже в них? душа или язык?

Чьё это сочиненье!

Поверили глупцы, другим передают,

Старухи вмиг тревогу бьют —

И вот общественное мненье!

И вот та родина… Нет, в нынешний приезд,

Я вижу, что она мне скоро надоест.

А Софья знает ли? — Конечно, рассказали,

Она не то, чтобы мне именно во вред

Потешилась, и правда или нет

Ей всё равно, другой ли, я ли,

Никем по совести она не дорожит.

Но этот обморок? беспамятство откуда??

Нерв избалованность, причуда, —

Возбу́дит малость их, и малость утишит, —

Я признаком почёл живых страстей. — Ни крошки:

Она конечно бы лишилась так же сил,

Когда бы кто-нибудь ступил

На хвост собачки или кошки.

(над лестницей во втором этаже, со свечкою)

Молчалин, вы?

(Поспешно опять дверь припирает.)

Она! она сама!

Ах! голова горит, вся кровь моя в волненьи!

Явилась! нет её! неу́жели в виденьи?

Не впрямь ли я сошёл с ума?

К необычайности я, точно, приготовлен;

Но не виденье тут, свиданья час условлен.

К чему обманывать себя мне самого?

Звала Молчалина, вот комната его.

(с крыльца)

Каре…

Сс!..

(Выталкивает его вон.)

Буду здесь, и не смыкаю глазу,

Хоть до утра. Уж коли горе пить,

Так лучше сразу,

Чем медлить, а беды медленьем не избыть.

Дверь отворяется.

(Прячется за колонну.)

Явление 11

Чацкий спрятан, Лиза со свечкой.

Ах! мочи нет! робею:

В пустые сени! в ночь! боишься домовых,

Боишься и людей живых.

Мучительница-барышня, бог с нею.

И Чацкий, как бельмо в глазу;

Вишь, показался ей он где-то здесь, внизу.

(Осматривается.)

Да! как же! по сеням бродить ему охота!

Он, чай, давно уж за ворота,

Любовь на завтра поберёг,

Домой — и спать залёг.

Однако велено к сердечному толкнуться.

(Стучится к Молчалину.)

Послушайте-с. Извольте-ка проснуться.

Вас кличет барышня, вас барышня зовёт.

Да поскорей, чтоб не застали.

Явление 12

Чацкий за колонною, Лиза, Молчалин (потягивается и зевает). София (крадётся сверху).

Вы, сударь, камень, сударь, лёд.

Ах! Лизанька, ты от себя ли?

От барышни-с.

Кто б отгадал,

Что в этих щёчках, в этих жилках

Любви ещё румянец не играл!

Охота быть тебе лишь только на посылках?

А вам, искателям невест,

Не нежиться и не зевать бы;

Пригож и мил, кто не доест

И не доспит до свадьбы.

Какая свадьба? с кем?

А с барышней?

Поди,

Надежды много впереди,

Без свадьбы время проволо́чим.

Что вы, сударь! да мы кого ж

Себе в мужья другого прочим?

Не знаю. А меня так разбирает дрожь,

И при одной я мысли трушу,

Что Павел Афанасьич раз

Когда-нибудь поймает нас,

Разгонит, проклянёт!.. Да что? открыть ли душу?

Я в Софье Павловне не вижу ничего

Завидного. Дай бог ей век прожить богато,

Любила Чацкого когда-то,

Меня разлюбит, как его.

Мой ангельчик, желал бы вполовину

К ней то же чувствовать, что чувствую к тебе;

Да нет, как ни твержу себе,

Готовлюсь нежным быть, а свижусь — и простыну.

(в сторону)

Какие низости!

(за колонною)

Подлец!

И вам не совестно?

Мне завещал отец:

Во-первых, угождать всем людям без изъятья —

Хозяину, где доведётся жить,

Начальнику, с кем буду я служить,

Слуге его, который чистит платья,

Швейцару, дворнику, для избежанья зла,

Собаке дворника, чтоб ласкова была.

Сказать, суда́рь, у вас огромная опека!

И вот любовника я принимаю вид

В угодность дочери такого человека…

Который кормит и поит,

А иногда и чином подарит?

Пойдёмте же, довольно толковали.

Пойдём любовь делить плачевной нашей крали.

Дай обниму тебя от сердца полноты.

(Лиза не даётся.)

Зачем она не ты!

(Хочет идти, София не пускает.)

(почти шёпотом, вся сцена вполголоса)

Нейдите далее, наслушалась я много,

Ужасный человек! себя я, стен стыжусь.

Как! Софья Павловна…

Ни слова, ради бога,

Молчите, я на всё решусь.

(бросается на колена, София отталкивает его)

Ах, вспомните, не гневайтеся, взгляньте!..

Не помню ничего, не докучайте мне.

Воспоминания! как острый нож оне.

(ползает у ног её)

Помилуйте…

Не подличайте, встаньте,

Ответа не хочу, я знаю ваш ответ,

Солжёте…

Сделайте мне милость…

Нет. Нет. Нет.

Шутил, и не сказал я ничего, окро́ме…

Отстаньте, говорю, сейчас,

Я криком разбужу всех в доме,

И погублю себя и вас.

(Молчалин встаёт.)

Я с этих пор вас будто не знавала.

Упрёков, жалоб, слёз моих

Не смейте ожидать, не стоите вы их;

Но чтобы в доме здесь заря вас не застала,

Чтоб никогда об вас я больше не слыхала.

Как вы прикажете.

Иначе расскажу

Всю правду батюшке с досады.

Вы знаете, что я собой не дорожу.

Подите. — Стойте, будьте рады,

Что при свиданиях со мной в ночной тиши

Держались более вы робости во нраве,

Чем даже днём, и при людя́х, и в яве,

В вас меньше дерзости, чем кривизны души.

Сама довольна тем, что ночью всё узнала,

Нет укоряющих свидетелей в глазах,

Как давиче, когда я в обморок упала,

Здесь Чацкий был…

(бросается между ими)

Он здесь, притворщица!

Ах! Ах!..

(Лиза свечку роняет с испугу; Молчалин скрывается к себе в комнату.)

Явление 13

Те же, кроме Молчалина.

Скорее в обморок, теперь оно в порядке,

Важнее давишной причина есть тому,

Вот наконец решение загадке!

Вот я пожертвован кому!

Не знаю, как в себе я бешенство умерил!

Глядел, и видел, и не верил!

А милый, для кого забыт

И прежний друг, и женский страх и стыд, —

За двери прячется, боится быть в ответе.

Ах! как игру судьбы постичь?

Людей с душой гонительница, бич! —

Молчалины блаженствуют на свете!

(вся в слезах)

Не продолжайте, я виню себя кругом.

Но кто бы думать мог, чтоб был он так коварен!

Стук! шум! ах! боже мой! сюда бежит весь дом.

Ваш батюшка, вот будет благодарен.

Явление 14

Чацкий, София, Лиза, Фамусов, толпа слуг со свечами.

Сюда! за мной! скорей!

Свечей побольше, фонарей!

Где домовые? Ба! знакомые всё лица!

Дочь, Софья Павловна! страмница!

Бесстыдница! где! с кем! Ни дать ни взять, она,

Как мать её, покойница жена.

Бывало, я с дражайшей половиной

Чуть врознь — уж где-нибудь с мужчиной!

Побойся бога, как? чем он тебя прельстил?

Сама его безумным называла!

Нет! глупость на меня и слепота напала!

Всё это заговор, и в заговоре был

Он сам и гости все. За что я так наказан!..

(Софии)

Так этим вымыслом я вам ещё обязан?

Брат, не финти, не дамся я в обман,

Хоть подерётесь — не поверю.

Ты, Филька, ты прямой чурбан,

В швейцары произвёл ленивую тетерю,

Не знает ни про что, не чует ничего.

Где был? куда ты вышел?

Сеней не запер для чего?

И как не досмотрел? и как ты не дослышал?

В работу вас, на поселенье вас:[38]

За грош продать меня готовы.

Ты, быстроглазая, всё от твоих проказ;

Вот он, Кузнецкий мост, наряды и обновы;

Там выучилась ты любовников сводить,

Постой же, я тебя исправлю:

Изволь-ка в и́збу, марш за птицами ходить.

Да и тебя, мой друг, я, дочка, не оставлю,

Ещё дни два терпение возьми:

Не быть тебе в Москве, не жить тебе с людьми.

Подалее от этих хватов,

В деревню, к тётке, в глушь, в Саратов,

Там будешь горе горевать,

За пяльцами сидеть, за святцами зевать.

А вас, сударь, прошу я толком

Туда не жаловать ни прямо, ни просёлком;

И ваша такова последняя черта,

Что, чай, ко всякому дверь будет заперта:

Я постараюсь, я, в набат я приударю,

По городу всему наделаю хлопот,

И оглашу во весь народ:

В Сенат подам, министрам, государю.

(после некоторого молчания)

Не образумлюсь… виноват,

И слушаю, не понимаю,

Как будто всё ещё мне объяснить хотят,

Растерян мыслями… чего-то ожидаю.

(С жаром.)

Слепец! я в ком искал награду всех трудов!

Спешил!.. летел! дрожал! вот счастье, думал, близко.

Пред кем я давиче так страстно и так низко

Был расточитель нежных слов!

А вы! о боже мой! кого себе избрали?

Когда подумаю, кого вы предпочли!

Зачем меня надеждой завлекли?

Зачем мне прямо не сказали,

Что всё прошедшее вы обратили в смех?!

Что память даже вам постыла

Тех чувств, в обоих нас движений сердца тех,

Которые во мне ни даль не охладила,

Ни развлечения, ни перемена мест.

Дышал, и ими жил, был занят беспрерывно!

Сказали бы, что вам внезапный мой приезд,

Мой вид, мои слова, поступки — всё противно, —

Я с вами тотчас бы сношения пресёк,

И перед тем, как навсегда расстаться

Не стал бы очень добираться,

Кто этот вам любезный человек?..

(Насмешливо.)

Вы помиритесь с ним по размышленьи зрелом.

Себя крушить, и для чего!

Подумайте, всегда вы можете его

Беречь, и пеленать, и спосылать за делом.

Муж-мальчик, муж-слуга, из жениных пажей —

Высокий идеал московских всех мужей. —

Довольно!.. с вами я горжусь моим разрывом.

А вы, суда́рь отец, вы, страстные к чинам:

Желаю вам дремать в неведеньи счастливом,

Я сватаньем моим не угрожаю вам.

Другой найдётся благонравный,

Низкопоклонник и делец,

Достоинствами, наконец,

Он будущему тестю равный.

Так! отрезвился я сполна,

Мечтанья с глаз долой — и спала пелена;

Теперь не худо б было сряду

На дочь и на отца,

И на любовника-глупца,

И на весь мир излить всю жёлчь и всю досаду.

С кем был! Куда меня закинула судьба!

Все гонят! все клянут! Мучителей толпа,

В любви предателей, в вражде неутомимых,

Рассказчиков неукротимых,

Нескладных умников, лукавых простаков,

Старух зловещих, стариков,

Дряхлеющих над выдумками, вздором, —

Безумным вы меня прославили всем хором.

Вы правы: из огня тот выйдет невредим,

Кто с вами день пробыть успеет,

Подышит воздухом одним,

И в нём рассудок уцелеет.

Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.

Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,

Где оскорблённому есть чувству уголок!..

Карету мне, карету!

(Уезжает.)

Явление 15

Кроме Чацкого.

Ну что? не видишь ты, что он с ума сошёл?

Скажи сурьезно:

Безумный! что он тут за чепуху молол!

Низкопоклонник! тесть! и про Москву так грозно!

А ты меня решилась уморить?

Моя судьба ещё ли не плачевна?

Ах! боже мой! что станет говорить

Княгиня Марья Алексевна!

Примечания

Оказия — происшествие, случай.

Кузнецкий мост — улица в центре Москвы, на которой были сосредоточены модные француские магазины.

Берём же побродяг, и в дом и по билетам… — Кроме домашних учителей, в богатых дворянских семьях бывали ещё учителя приходящие, главным образом французы. После каждого урока им выдавались «билеты», по которым они впоследствии получали вознаграждение.

Пикет — карточная игра.

Английский клоб (клуб) — привилегированный дворянский клуб.

Дом зеленью раскрашен в виде рощи… — Во времена Грибоедова было модно расписывать стены комнат цветами, деревьями.

А тот чахоточный, родня вам, книгам враг, в учёный комитет который поселился… — Учёный комитет был учреждён в 1817 году. Он осуществлял надзор над изданием учебной литературы, проводил в делах просвещения реакционную политику.

И дым Отечества нам сладок и приятен! — неточная цитата из стихотворения Г.Р. Державина «Арфа»(1789):

Мила нам добра весть о нашей стороне:

Отечества и дым нам сладок и приятен…

Минерва — в греческой мифологии богиня мудрости.

Покойник был почтенный камергер, с ключом и сыну ключ умел доставить… — Камергеры (придворное звание) носили на парадных мундирах золотой ключ.

…тупеем не кивнут — Тупей — старинная причёска: собранный на затылке пучок волос.

Вельможа в случае… — то есть в милости, фаворит.

Куртаг — приёмный день во дворце.

Вист — карточная игра.

Карбонари (карбонарии) — члены тайного революционного общества в Италии (XIX век).

За третье августа — 3 августа — день свидания Александра I с австрийским императором в Праге, ознаменованный торжествами и награждениями. В этот день никаких боевых действий не было; таким образом, «подвиг» Скалазуба состоял только в том, что они «засели в траншею».

Ему дан с бантом, мне на шею. — Одни и те же ордена различались в степени способами ношения. Низшие ордена (III и IV степени) носились в петлице, и лента могла завязываться бантом; высшие (I и II степени) — на шее.

Времён Очаковских и покоренья Крыма… — Взятие турецкой крепости Очаков и присоединение Крыма к России произошли в 1783 году.

…Нестор негодяев знатных… — Нестор — имя полководца, упомянутого в «Илиаде» Гомера; в нарицательном смысле — советчик, руководитель.

Для компаньи? — Эти слова, входившие ранее в реплику Чацкого, Грибоедов, по совету П.А. Вяземского, передал Лизе.

Ирритация — волнение, замешательство.

Хрипун, удавленник, фагот… — Хрипунами во времена Грибоедова называли армейских офицеров, из щегольства говоривших хриплым басом, отсюда сравнение с фаготом.

Ты обер или штаб? — Обер-офицеры — младшая группа офицеров — до капитана, штаб-офицеры — от майора до полковника.

Тюрлюрлю — накидка.

Эшарп — шарф.

Кузен, двоюродный брат (франц.).

Барежевый — из лёгкой шерстяной ткани.

Бабушка (франц.).

А! Добрый вечер! Наконец-то и вы! Вы не торопитесь, и мы всегда вас с удовольствием поджидаем. (франц.).

Он вам расскажет всю историю подробно (франц.).

Да от ланкартачных взаимных обучений… — Ланкартачный — искажённое слово «ланкастерский». Система английского педагога Ланкастера (1771–1838) состояла в том, что более сильные ученики обучали слабейших, помогая учителю. В России этой системой увлекались поборники народного просвещения, передовые офицеры при обучении солдат в армии, в частности, декабристы. В правительственных кругах к ланкастерским школам относились подозрительно, как к рассаднику вольномыслия. Такою же репутацией пользовались пансионы (Благородный пансион при Московском Университете), лицей (Царскосельский лицей) и Педагогический институт (Петербургский педагогический институт).

Мой милый (франц.).

…в опеку взят указом! — то есть над имением Репетилова, по царскому указу, была учреждена опека (надзор).

…о камерах, присяжных… — Камеры — палаты народных депутатов в конституционных государствах. О палатах депутатов, как и о введении в России суда присяжных, много говорили тогда в русском обществе, особенно в среде декабристов.

«А! нон лашьяр ми, но, но, но» («Ах! не оставь меня, нет, нет, нет») — популярная песенка из оперы итальянского композитора Галуппи (1706–1785) «Покинутая Дидона».

Реверси — карточная игра.

Химеры — здесь: нелепые выдумки.

В работу вас, на поселенье вас… — Дворовых крепостных часто отправляли в наказание на тяжёлые работы в поместья. Помещики также имели право ссылать своих крепостных без суда на поселение в Сибирь.

М.П. Ерёмин

Дата добавления: 2015-09-29; просмотров: 3 | Нарушение авторских прав


7427709909815327.html
7427768562158386.html
    PR.RU™